Неточные совпадения
Он сидел на диване, свесив вниз голову, облокотясь на колени и закрыв руками
лицо.
Нервная дрожь продолжалась еще во всем его теле. Наконец он встал, взял фуражку, подумал и направился к дверям.
— Из шестого! Ax ты, мой воробушек! С пробором, в перстнях — богатый человек! Фу, какой миленький мальчик! — Тут Раскольников залился
нервным смехом, прямо в
лицо Заметову. Тот отшатнулся, и не то чтоб обиделся, а уж очень удивился.
Неподвижное и серьезное
лицо Раскольникова преобразилось в одно мгновение, и вдруг он залился опять тем же
нервным хохотом, как давеча, как будто сам совершенно не в силах был сдержать себя. И в один миг припомнилось ему до чрезвычайной ясности ощущения одно недавнее мгновение, когда он стоял за дверью, с топором, запор прыгал, они за дверью ругались и ломились, а ему вдруг захотелось закричать им, ругаться с ними, высунуть им язык, дразнить их, смеяться, хохотать, хохотать, хохотать!
— И, сказав это, Порфирий Петрович прищурился, подмигнул; что-то веселое и хитрое пробежало по
лицу его, морщинки на его лбу разгладились, глазки сузились, черты
лица растянулись, и он вдруг залился
нервным, продолжительным смехом, волнуясь и колыхаясь всем телом и прямо смотря в глаза Раскольникову.
Между тем наступил вечер. Засветили лампу, которая, как луна, сквозила в трельяже с плющом. Сумрак скрыл очертания
лица и фигуры Ольги и набросил на нее как будто флёровое покрывало;
лицо было в тени: слышался только мягкий, но сильный голос, с
нервной дрожью чувства.
Он ломал хлеб и, бросая крупные куски за перила толстозобым, сизым голубям, смотрел, как жадно они расклевывают корку, вырывая ее друг у друга. Костлявое
лицо его искажала
нервная дрожь.
Клим был рад уйти; он не понимал, как держать себя, что надо говорить, и чувствовал, что скорбное выражение
лица его превращается в гримасу
нервной усталости.
Лицо у него смуглое, четкой, мелкой лепки, а лоб слишком высок, тяжел и давит это почти красивое, но очень носатое
лицо. Большие, янтарного цвета глаза лихорадочно горят, в глубоких глазницах густые тени.
Нервными пальцами скатывая аптечный рецепт в трубочку, он говорит мягким голосом и немножко картавя...
Он чувствовал себя очень плохо,
нервный шок вызвал физическую слабость, урчало в кишечнике, какой-то странный шум кипел в ушах, перед глазами мелькало удивленно вздрогнувшее
лицо Тагильского, раздражало воспоминание о Харламове.
Пока ее не было, ее имя перелетало среди людей с
нервной и угрюмой тревогой, с злобным испугом. Больше говорили мужчины; сдавленно, змеиным шипением всхлипывали остолбеневшие женщины, но если уж которая начинала трещать — яд забирался в голову. Как только появилась Ассоль, все смолкли, все со страхом отошли от нее, и она осталась одна средь пустоты знойного песка, растерянная, пристыженная, счастливая, с
лицом не менее алым, чем ее чудо, беспомощно протянув руки к высокому кораблю.
И она вдруг, не выдержав, закрыла
лицо рукой и рассмеялась ужасно, неудержимо, своим длинным,
нервным, сотрясающимся и неслышным смехом. Старец выслушал ее улыбаясь и с нежностью благословил; когда же она стала целовать его руку, то вдруг прижала ее к глазам своим и заплакала...
На каждый взгляд, на каждый вопрос, обращенный к ней,
лицо ее вспыхивало и отвечало неуловимой,
нервной игрой ощущений, нежных тонов, оттенков чутких мыслей — всего, объяснившегося ей в эту неделю смысла новой, полной жизни.
Другим случалось попадать в несчастную пору, когда у него на
лице выступали желтые пятна, губы кривились от
нервной дрожи, и он тупым, холодным взглядом и резкой речью платил за ласку, за симпатию. Те отходили от него, унося горечь и вражду, иногда навсегда.
Он смеялся над своим увлечением, грозившим ему, по-видимому, серьезной страстью, упрекал себя в настойчивом преследовании Веры и стыдился, что даже посторонний свидетель, Марк, заметил облака на его
лице,
нервную раздражительность в словах и движениях, до того очевидную, что мог предсказать ему страсть.
Марина была не то что хороша собой, а было в ней что-то втягивающее, раздражающее, нельзя назвать, что именно, что привлекало к ней многочисленных поклонников: не то скользящий быстро по предметам, ни на чем не останавливающийся взгляд этих изжелта-серых лукавых и бесстыжих глаз, не то какая-то
нервная дрожь плеч и бедр и подвижность, игра во всей фигуре, в щеках и в губах, в руках; легкий, будто летучий, шаг, широкая ли, внезапно все
лицо и ряд белых зубов освещавшая улыбка, как будто к нему вдруг поднесут в темноте фонарь, так же внезапно пропадающая и уступающая место слезам, даже когда нужно, воплям — бог знает что!
Когда голова Лавровского опускалась еще ниже и из горла слышался храп, прерываемый
нервными всхлипываниями, — маленькие детские головки наклонялись тогда над несчастным. Мы внимательно вглядывались в его
лицо, следили за тем, как тени преступных деяний пробегали по нем и во сне, как нервно сдвигались брови и губы сжимались в жалостную, почти no-детски плачущую гримасу.
Болезненное
лицо ее, непонятная болтовня вместе с утренним освещением наводили на меня какую-то
нервную робость.
Мы застали Р. в обмороке или в каком-то
нервном летаргическом сне. Это не было притворством; смерть мужа напомнила ей ее беспомощное положение; она оставалась одна с детьми в чужом городе, без денег, без близких людей. Сверх того, у ней бывали и прежде при сильных потрясениях эти
нервные ошеломления, продолжавшиеся по нескольку часов. Бледная, как смерть, с холодным
лицом и с закрытыми глазами, лежала она в этих случаях, изредка захлебываясь воздухом и без дыхания в промежутках.
Для своих лет доктор сохранился очень хорошо, и только
лицо было совершенно матовое, как у всех очень
нервных людей; маленькие черные глаза смотрели из-под густых бровей пытливо и задумчиво.
Вдруг, мгновенно, ее прелестные глаза наполнились слезами и засияли таким волшебным зеленым светом, каким сияет летними теплыми сумерками вечерняя звезда. Она обернула
лицо к сцене, и некоторое время ее длинные
нервные пальцы судорожно сжимали обивку барьера ложи. Но когда она опять обернулась к своим друзьям, то глаза уже были сухи и на загадочных, порочных и властных губах блестела непринужденная улыбка.
Пел эти куплеты Нижерадзе всегда уменьшенным голосом, сохраняя на
лице выражение серьезного удивления к Карапету, а Любка смеялась до боли, до слез, до
нервных спазм.
Он очень верно подражал жужжанию мухи, которую пьяный ловит на оконном стекле, и звукам пилы; смешно представлял, став
лицом в угол, разговор
нервной дамы по телефону, подражал пению граммофонной пластинки и, наконец, чрезвычайно живо показал мальчишку-персиянина с ученой обезьяной.
Вера и в самом деле похожа на жокея, с своим узким
лицом, на котором очень блестящие голубые глаза, под спущенной на лоб лихой гривкой, слишком близко посажены к горбатому,
нервному, очень красивому носу.
Он худощавым
лицом нервного брюнета и всем своим душевным складом и тоном выделялся, как оригинальная и тонкая личность. Мы, «камералы», знали, что он нас не очень жалует, считая какими-то незаконными чадами юридического факультета. Юристы его побаивались и далеко не все хорошо усваивали себе его лекции. Он был требователен и всячески подтягивал своих слушателей, заставлял их читать специальные сочинения, звал к себе на беседы.
Она обратилась ко мне. Жила она в небольшой квартирке с двумя детьми, — заболевшим гимназистом и дочерью Екатериной Александровной, девушкой с славным, интеллигентным
лицом, слушательницею Рождественских курсов лекарских помощниц. И мать и дочь, видимо, души не чаяли в мальчике. У него оказалось крупозное воспаление легких. Мать, сухая и
нервная, с бегающими, психопатическими глазами, так и замерла.
Недавно лечил я одну молодую женщину, жену чиновника. Муж ее, с
нервным, интеллигентным
лицом, с странно-тонким голосом, перепуганный, приехал за мною и сообщил, что у жены его, кажется, дифтерит. Я осмотрел больную. У нее оказалась фолликулярная жаба.
Его исследования о скорости проведения
нервного тока также встретили лишь улыбку со стороны
лиц, стоявших тогда во главе физиологии.
Юлии Павловне было двадцать три, двадцать четыре года. Петр Иваныч угадал: она в самом деле была слабонервна, но это не мешало ей быть вместе очень хорошенькой, умной и грациозной женщиной. Только она была робка, мечтательна, чувствительна, как бо́льшая часть
нервных женщин. Черты
лица нежные, тонкие, взгляд кроткий и всегда задумчивый, частию грустный — без причины или, если хотите, по причине нерв.
Егор Егорыч с
нервным вниманием начал прислушиваться к тому, что происходило в соседних комнатах. Он ждал, что раздадутся плач и рыдания со стороны сестер; этого, однако, не слышалось, а, напротив, скоро вошли к нему в комнату обе сестры, со слезами на глазах, но, по-видимому, сохранившие всю свою женскую твердость. Вслед за ними вошел также и Антип Ильич,
лицо которого сияло полным спокойствием.
Сверх того, в этом преувеличении немалое участие принимала и
нервная чиновническая впечатлительность. Трудно не снервничать, когда на
лице начальника видишь благосклонную улыбку, когда начальство, так сказать, само, под влиянием
нервной чувствительности, ко всякому встречному вопиет:"Искренности, только искренности, одной искренности!"
Генерал, впрочем, совершенно уже привык к
нервному состоянию своей супруги, которое в ней, особенно в последнее время, очень часто стало проявляться. В одно утро, наконец, когда Мари сидела с своей семьей за завтраком и, по обыкновению, ничего не ела, вдруг раздался звонок; она по какому-то предчувствию вздрогнула немного. Вслед за тем лакей ей доложил, что приехал Вихров, и герой мой с веселым и сияющим
лицом вошел в столовую.
— Или теперь это письмо господина Белинского ходит по рукам, — продолжал капитан тем же
нервным голосом, — это, по-моему, возмутительная вещь: он пишет-с, что католическое духовенство было когда-то и чем-то, а наше никогда и ничем, и что Петр Великий понял, что единственное спасение для русских — это перестать быть русскими. Как хотите, господа, этими словами он ударил по
лицу всех нас и всю нашу историю.
Он повиновался. Теперь он сидел, как прежде,
лицом к стороне заката, и когда девочка опять взглянула на это
лицо, освещенное красноватыми лучами, оно опять показалось ей странным. В глазах мальчика еще стояли слезы, но глаза эти были по-прежнему неподвижны; черты
лица то и дело передергивались от
нервных спазмов, но вместе с тем в них виднелось недетское, глубокое и тяжелое горе.
Было ли это следствием простуды, или разрешением долгого душевного кризиса, или, наконец, то и другое соединилось вместе, но только на другой день Петр лежал в своей комнате в
нервной горячке. Он метался в постели с искаженным
лицом, по временам к чему-то прислушиваясь, и куда-то порывался бежать. Старый доктор из местечка щупал пульс и говорил о холодном весеннем ветре; Максим хмурил брови и не глядел на сестру.
Мальчик, несколько избалованный всеобщею уступчивостью, не привык к таким настойчивым возражениям. Вспышка гнева прошла по его
лицу нервною волной; он приподнялся и заговорил быстро и возбужденно...
Но в жестах, в
нервных складках губ, в постоянном движении бровей было то удивительное, как бы родственное сходство, вследствие которого многие горбуны тоже напоминают друг друга
лицом, как братья.
В голосе молодого человека слышалось самодовольство (тогда эти словечки были совсем новенькие) и вызывающая ирония; на несколько секунд все смолкли, и на
лице девушки проступил
нервный румянец.
Росла враждебность, над головами людей качалась крышка гроба, ветер играл лентами, окутывая головы и
лица, и был слышен сухой и
нервный шелест шелка.
Он почувствовал страстные, благоухающие объятия, кровь бросилась ему в голову; потом вдруг, порывистым,
нервным, неожиданным, необъяснимым движением, он был отброшен, чуть не опрокинут, — отброшен этою прелестною женщиною, которой знойное дыхание он еще чувствовал на своем
лице.
Председательша уголовной палаты поступила совершенно иначе. Кто знает дело, тот поймет, конечно, что даму эту, по независимости положения ее мужа, менее, чем кого-либо, должно было беспокоить, кто бы ни был губернатор; но, быв от природы женщиной
нервной, она вообще тревожилась и волновалась при каждой перемене сильных
лиц, и потому это известие приняла как-то уж очень близко к сердцу.
В господском доме выжидательное настроение давно уже отразилось в усталом выражении всех глаз, в побледневших
лицах и в том особенном
нервном состоянии, от которого у всех пересохло во рту.
Луша чувствовала на себе пристальный взгляд сумасшедшей и не смела шевельнуться; к ее
лицу наклонялось страшное и искаженное злобой
лицо; она чувствовала порывистое тяжелое дыхание своего врага, чувствовала, как ей передается
нервная дрожь чужого бешенства.
Это узкое
лицо с козлиной бородкой и большими, темными, горячими глазами все еще было красиво какой-то беспокойной,
нервной красотой, хотя кудрявые темные волосы уже давно блестели сединой, точно серебристой плесенью.
Раиса Павловна любила это
лицо и теперь с особенным удовольствием осматривала девушку с ног до головы: положительно, Луша унаследовала от отца его
нервную красоту.
— Ох, господин Хвалынцев, да какой же вы, право,
нервный! — говорил Свитка, качая головою, когда студент уселся уже в старое, но очень мягкое и покойное кресло. — Ишь ведь, и до сих пор нет-нет, а все-таки дергает
лицо дрожью!
Волнение сильного нетерпения, проглядывавшего в каждой черте его мужественного
лица, в
нервном покручивании выхоленных усов, невольно выделяло его среди ожидавших появления очаровательной цыганки и красноречиво говорило то, что в этой цыганке для него дорога не только танцовщица, но и женщина.
Ему на вид лет тридцать пять; одет он без претензии, но опрятно;
лицо у него очень приятное, но в нем, может быть, слишком много серьезности и
нервного беспокойства, что придает ему минутами недоброе выражение.
— Ангелы небесные! — воскликнула майорша и, прижав к своим губам руки попадьи и Синтяниной, впилась в них
нервным, прерывистым и страстным поцелуем, который, вероятно, длился бы до нового истерического припадка, если б отец Евангел не подсунул шутя своей бороды к
лицам этих трех скученных женщин.
Но этому
лицу, когда оно было обращено прямо, — широкое, насупленное, с
нервной игрой складок широкого лба, — нельзя было отказать в привлекательной и оригинальной сложности.
Правильное, почти круглое
лицо с красивой нежной улыбкой было полно прелестной
нервной игры, выражавшей в данный момент, что она забавляется моим возрастающим изумлением.